Сказки Мудрецов


  Главная > Библиотека Сказок Мудрецов > Древнейшие сказки >  


СКАЗКИ 1001 НОЧЬ
Сказки о Колодце мира
Сказка Апулея о Психее
Рыбак и джинн - из сказок 1001 ночи
Сказка о Хасибе - из сказок 1001 ночи
Пэмандр (видение Гермеса Трисмегиста)
Карта сайта

Поиск


Оставьте это поле пустым:
расширенный поиск





Феано

Галактический Ковчег

РумимуР

Рифмы Феано

Сказки суфиев

Волшебный Остров Эхо

Эзоп



 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

САМЫЕ    ПЕРВЫЕ          СКАЗКИ   МИРА

              

          ПРАВДА   И   КРИВДА

 

Записан  на  папирусе  рассказ

            О  Правде  да  о  Кривде.  Так  найдите

            В  Музее,  под  названьем  «Честер  -  Бити».

                        Учеными  читался  он  не  раз.

Вот  вывод  их:  -  Папирус  изготовлен

            Примерно  за  одно  тысячелетье

            До  новой эры!  Вот  так  долголетье!

                        А  возраст  сказки  сей  не  установлен...

 

            Меч  Кривды и  Суд  Богов

Два  брата  жили  вместе  с  малолетства,

А  вся  округа  очень  удивлялась,

Сколь  разною  их  внешность  оказалась.

Несхожесть  возрастала  сразу,  с  детства...

 

Был  старший  Правдой,  младший  -  Кривдой  был.

Не  правда  ли,  как  странны  имена?

Но   смысл  имело  имя  в  те  века,

С  судьбою  связь  (напомню,  кто  забыл).

 

Родители  подумать  бы  должны,

Чтоб  малому  дитю  не  навредить,

Ведь  с  именем  всю  жизнь  ему  и  жить...

А  эти  братья  не  были  дружны...

 

Красивым,  добрым  юношей  рос  Правда,

А  Кривда  рос  завистливым  и  злым.

Желая  Правде  зла,  он  дрался  с ним.

Когда ж  осиротели  -  то  подавно.

 

Однажды,  меч  свой  отдал  на  храненье

Со  злою  мыслью  старшему  он  брату.

Обычный  меч,  украшен  не  богато.

А  он,  исчез  внезапно...  Невезенье!

 

Возможно,  кто  украл,  иль  по  другой

Причине  неизвестной  он  пропал.

И  Правда,  огорченный,  рассказал

Об  этом  Кривде  с  присказкой  такой:

 

-  Бери  любой  мой  меч,  какой  желаешь! -

-  Нет!  Именно    пропавший  меч  отдай! -

Упрямый  Кривда  требует: -  Продай,

Что  хочешь,  но  верни  его,  как  знаешь!

 

К  богам  великим  Кривда  обратился

Притворно  робким  голосом:  -  Взгляните!

Великие!  И  братьев  рассудите...

Мой  старший  брат  и  дрался  и  бранился!

 

Да   с  детства  обижал  меня  всегда.

Да  имя  вот,   хорошее  забрал,

Да   часто,  что  хотел,  то  отбирал.

Меня  же  -  не  любили  никогда.

 

Недавно  меч  я  отдал  на  храненье...

Огромный,  с  острым  лезвием  Горы.

Из  Кедра  рукоятка,  а  ножны...

С  гробницей   бога   лучшее  сравненье!

 

Мой  брат  его  похитил!  -  Что  ты ждешь

            От  нас? -  спросили  боги,  -  Что  желаешь? -

(Не  каждый  день  они  судили,  знаешь,

Ведь  люди  часто  впутывают  ложь...

 

И  их  судить,  порою,  невозможно!)

Но  Кривды  же  рассказ  их  впечатлил.

-  Должно  быть,  Правда  правдою  не  жил,

   Коль  меч  похитил.  Дело - то  не  сложно!

 

-  Что  ждешь  от  нас?  -  те  боги  повторили.

-  Пусть  Правду  за  все  зло  приговорят!

   На  оба  глаза  брата  ослепят.

   Пусть  будет  мне   привратником!  -

                                                            Решили

Сей  суд  они  так  скоро,  как  могли.

Все  сделали,  как  Кривда  попросил.

А  Правда  даже  рта  и  не  раскрыл,

Услышав  приговор  свой  издали...

 

Тотчас  же  ослеплен  был  и  поставлен

У  врат  родного  брата  возле  дома.

Имущество  -  все  Кривде.  Что ж  такого,

Коль  тот  богов  поверить  в  ложь  заставил.

 

 

            Кривда  отсылает  брата  на  погибель

 

Итак,  слугой  у   Кривды  Правда  служит.

Ворота  открывает  пред  гостями,

И  чинит  их,  и  мажет  их  маслами.

А  Кривда  поживает,  да  не  тужит,

 

На  Правду  снисходительно  глядя:

-  Ну   вот,  и  стал  тебе  я  господином,

    Великим  и  единым  властелином,

    И  спать  тебе  в хлеву,  мой  скот  храня...

 

А  Правда  был  послушен  и  молчал.

Как  прежде,  был  красив  душой  и   телом,

И  даже  недостойным  Правды  делом!

Но  этим - то  он  Кривду  раздражал.

 

И  тот  решил  избавиться  от  брата.

Так  вот  какое  он  удумал  зло:

Он  бывших  правды  слуг  послал  на  то,

Чтоб  те  свели  бы  брата  в пустошь  ада.

 

Туда,  где  львы  охотятся  в пустыне!

Связали  те...  хозяина   былого,

Да  за  руки  свели  его,  слепого,

Покорного,  подобного  рабыне.

 

И  только  до  песчаных  дюн  дошли, 

Так  Правда  обо  всем  и  догадался!

-  Уже ль  я  плохо  с  вами  обращался,

    Коль  вы  меня  к  погибели  свели?

 

Когда   вы  мне  служили,  я  кормил

Вас  тем  же  что  и  сам  ел,  разве  вы

Тогда  изнемогали  от  нужды?

Подарки  разве  вам  я не  дарил?

 

-  Все  так,  хозяин,  было!   И  сейчас

Мы  жизнь  с  тобою  часто  вспоминаем,

И  лучшими  годами - те  считаем!

Тебя ж  остерегали  мы  не  раз...

 

Чтоб  брату  своему  не  доверялся!

Теперь - то  мы  должны  тебя  убить,

Чтоб  жизнь  свою  дурную  сохранить.

А  ты,  хозяин,  верно  догадался...

 

-  Оставьте  здесь  меня,  а  я  уйду

Куда - нибудь  подальше  с  глаз  долой.

Чтоб  брат  не  знал.  А  вы,  придя  домой,

Скажите,  что  все  сделали,  ему...

 

Немного  поразмыслив,  слуги  взяли,

Да  Правду  отвели  уже  к  долине.

А  Кривде  рассказали,  что  в  пустыне

Оставили,  что  львы  уж  растерзали...

 

Побрел  по  той  долине  дальше  Правда.

И  долго  шел,  пока  в  тени  дерев,

В  подножии  холма  прилег,  узрев

Глазами  духа  дом,  где  было  славно...

 

 

            Правда  и  Знатная   Дама

 

Там,  в  самом  деле,  дом  богатый  был,

Где  Дама  очень  знатная  жила...

Гуляя   вкруг  прекрасного  пруда,

Она  душой  мечтала:  -  Был  бы  сын! -

 

Служанки  стали  звать  ее  к  холму:

-  Там  юноша  прекрасный,  но   слепой,

Под  древом  спит,   возьми  его  домой!

Такую  мир  не видел  красоту.

 

Похоже,  он  пришел  издалека.

Оставь  его  привратником  у  нас...

-  Уж,  коли  расхвалили,  то  тотчас

   Ведите  же  ко  мне,  взгляну  пока -

 

И  девушки  в  дом  Дамы  привели

Прекрасного  и  юного  слепца.

Влюбилась  Дама  тут  же...   Так  сердца

Обычно  покоряются  любви...

 

И  замуж  Дама  вышла за  того,

Кто  был  красив и  Правдой  назывался.

Союз,  увы, некрепким  оказался.

Слепой(!)  ей  надоел!  Ну,  что  с  того...

 

Немного  он  пожил  в  богатом  доме,

И  вот  уже  -  привратник  у  ворот...

Для  Дамы ж наступил  желанный  срок,

И...    Сын  родился  -   Счастье  на  пороге!

 

В  округе  удивлялись  все  немало

Тому,  как  Сын  красив  и  как  умен!

-  Дитя  небес!  Он  счастьем  наделен!

    Напрасно  ты  Отца  его  прогнала...

 

 

            Правда   и   его  Сын

 

Но  Правду  не  пускали  все ж  к  ребенку...

-  Зачем  же  знать  ребенку,  что  слепец,

   Стоящий  у  ворот,  его  Отец?  -

Так  думала  та  Дама  потихоньку...

 

А  Правда  из  обрывков  разговоров,

(Так  в  жизни  и  бывает),  узнавал

О том,  как Сын  любимый  подрастал  -

Он  -  школьник!  Он -  судья  мальчишьих  споров...

 

Бывали  и  счастливые  минуты -

Задерживался  мальчик  у  ворот,

Да  спрашивал  привратника,  а  тот,

Счастливый,  отвечал: -  В  сознанье -  путы.

 

Смелее  же  развязывай  ты  их! -

И  много  объяснял  Отец  Сынишке

Того,  что  не  прочтешь   в обычной  книжке,

И  то,  что  за  словами  слов   благих...

 

Сын  первым  стал  среди  учеников,

А  все  учителя  его  хвалили,

И  дети  очень  многие  любили,

Но  все  же   сторонились  -  цепь  замков...

 

Невидимая,  скрытая  преграда

Стояла  на пути!   Он  жаждал  Друга!

Но  Друг  не  появлялся,  а  округа

Дразнила:  -  Чей  ты  Сын  и  чья  отрада!

 

Другие  добавляли:  -  Нет  Отца!

-  Эй,  ты,  -  кричали  третьи,  -  Ты - безродный!

   Не  знаешь,  кто  Отец,  а  благородный.

   А,  может,  ты  сыночек  наглеца?

 

Оставшись  сам  с  собой,  он  плакал  часто,

Мечтая,  как он  встретится  с  Отцом!

С  каким  же  тот  окажется  лицом?

А  Матери  сказал  однажды,  властно:

 

-  Зачем  Отца  скрываешь  от  меня?

Я  должен  знать  его,  скажи  мне  имя!

Страдаю  я  насмешками  чужими,

Смеются  надо  мною,  так  нельзя...

 

Но  лишь  когда  подрос,  она  сказала:

-  Слепой  сидит,  смотри  же,  у  ворот.

   Он - твой  Отец,  но  слеп  совсем,  как  крот.

   За  это  прогнала,  и  все  молчала...

 

А  мальчик  в  тот  же миг:  -  Как  ты  могла?

Смотри,  ведь  мы   богаты,  ну  а  он -

Привратником!   Ужасный  жизни  сон...

Какою  ж  ты  мне  Матерью  была?

 

За  это  ты  заслуживаешь,  Мать,

Того,   чтоб  на глазах  у  всей  родни

Тебя  бы  крокодилы  расчлели...

Что  большего  могу  тебе  сказать!

 

И  Сын  Отца  приводит  снова  в  дом:

Сажает  в  кресло,   под ноги  подушку,

Чтоб  было  бы  удобно,  рядом  кружку

И  полный  угощениями  стол.

 

Так  долго  говорили  в  этот  раз

Отец  и  Сын,  узнавший  об  Отце...

О  жизни,  о  начале,  о  конце,

О  солнце,  слепоте,  сиянье  глаз...

 

О  том, что  было  скрыто  до сих  пор,

О  Матери,  о  том,  кто  ослепил

Отца,  а  следом  - чуть  ли  не  убил!

Так  долго  продолжался  разговор...

 

Что  ночь  прошла,  и  солнце  снова  встало,

И  снова  лепестки  цветов  раскрылись,

И  утренней  росой  глаза  умылись,

А  сердце  Сына  птицей  трепетало...

 

-  Так,  брат  твой  обманул  весь  Суд  богов?

   Затем,  ко  львам отправил  на  съеденье?

   Отец!  Я отомщу!  Пусть  будет  мщенье

   Законом  для  меня,  в  конце  концов...

 

 

            Юноша  мстит  за  Отца

 

Берет  с  собою  десять  он  хлебов,

Сандалии,  бурдюк,  хороший  меч,

Быка - красавца,  ветви  шире  плеч,

(Мощнее  не  видали  мы   рогов...)

 

Нашел  он  Кривды  стадо  с  пастухом,

И  так  сказал  кривому  пастуху:

-  Возьми  хлеба,  бурдюк  мой  и  суму,

   Сандалии  я  дам  тебе  потом...

 

За  то,  что  мне  быка  постережешь! -

Представьте,  как  обрадовался  тот -

Подарок  за  работу  без  забот!

А  бык  -  чудесный,  краше не  найдешь...

 

И  сразу  же  на  это  согласился.

Отвел  красавца  в  стадо.  Так  прошло

Немного  дней...  На  Кривду  вдруг  нашло

Желанье  поглядеть  быков!   Явился

 

На  пастбище  и  видит:  -  Вот  так  чудо!

(То  бык  его  племянника)   Красивый,

Упитанный,  лоснящийся,  игривый...

Вот  этого  хочу  себе  на  блюдо!

 

Поди,  да  заколи!  -  он  пастуху.

Смутился  тут  пастух: -  Да  бык…  не  мой.

-  Вот  глупости!  Ты  что,  совсем  глухой?

   В  конце  концов,  заменишь  поутру!

 

Уж,  если  он,  действительно,  не  твой,

Отдашь  тогда  хозяину  любого! -

Пастух  и  покорился: -  Что ж  такого?

Хозяин  прав!  -  так  скажет  вам  любой.

 

А  юноша  услышал,  что  быка

Для  Кривды  закололи,  и  пришел

Он  снова  к  пастуху:  -  Я  не  нашел

Красавца  своего!  А  мне - пора.

 

Пастух,  уныло  глядя:  -  Выбирай

Любого  из  оставшихся  быков.

-  Зачем  мне  эти  тени  от  коров?

   Верни  мне  моего!  Велю  -  отдай!

 

-  Да  как  могу  вернуть,  коль  приказал

   Хозяин  мне  красавца  заколоть?

-  Здесь  нет  такого,  чья   прекрасна   плоть,

   А  мой - то  был  каков!  -  он  услыхал...

 

-  Коль  встанет  посреди  Египта  он,

   Достанет  Дельты  кончик  у  хвоста!

   Рога  упрутся  в  Горы,  а  бока...

   Пошире  Нила!   Бык  мой  -  чемпион!

-  Да  что  ты  говоришь?  -  пастух  дивится,

   Бывают  ли  такие - то  быки? -

А  юноша  не  слушает:  -  Веди

Меня  на  Суд,  с   хозяином  судиться!

 

            Хотите,  верьте,  а  хотите,  нет,

            Все  трое  появились  на  Суде,

            Где  боги  восседали  те же  все,

            Что  Кривде  в первый  раз  рекли  ответ.

 

Все  выслушав,  те  боги  рассмеялись!

(Вы  знаете,  что  значит  божий  смех?

Кто  знает,  промолчит,  молчать  не  грех).

Но  чаще  даже  смеха  все  боялись...

 

И  в  этот  раз  они  сказали: -  Ты

Не  прав!  Таких  быков не  существует!

Уйди,  а  то  тебя  же  арестуют.

Но  юноша  ответил:  - Как  же  вы?

 

Доверили    когда - то  Кривде  мненье,

Что... "меч   огромный,  с лезвием  Горы,

Из  Кедра  рукоятка,  а  ножны

С  гробницей   бога(!)   лучшее  сравненье!"

 

Так,  снова  рассудите  Кривду  с  Правдой! -

Сказал   богам  он  смело -  потому,

Что  я,  Сын  Правды,   мщу  теперь  тому,

Кто  вам  солгал  тогда -  мой  враг  бесславный.

 

Тут  Кривда  ухмыльнулся   кривовато,

Ведь  точно  знал  о  смерти   брата  он:

В  пустыне  был  же  львами   умерщвлен...

-  О,  нет!   Моя  душа  не  виновата!

 

Клянусь  я  Богом  Солнца  и  Вселенной,

Что,   если  Правда  жив  на  белом  свете,

То  пусть  меня  казнят  здесь,  на  совете,

И  глаз  лишат  пусть  молнией  мгновенной...

 

Привратником  я  в  доме  Правды  стану,

Но  юноша  сей  лжет,  иль  пусть  сюда

Он   Правду  приведет,   Отца  слепца!

Тогда  я  сомневаться  перестану...

 

На  это  храбро  юноша  сказал:

-  Клянусь  я  Богом  Солнца  и  Вселенной,

   Пусть  будет  так!   И  молнией  мгновенной

   Ослепнет  негодяй,  что  столько  лгал!

 

-  Да  будет  Так!  -  сказали  боги  эти, -

   Но  только,  если  Правду  приведешь!

   Тогда  увидим  мы,  где  скрыта  ложь,

   И  Кривда  станет  слеп  на  белом  свете.

 

И  юноша  привел  Отца  слепого!

Поставил  пред  богами,  и  свершилась 

Над  Кривдой  казнь,  а  Правда  отомстилась!

Всегда  таков  конец  пути  земного!

 

                                   Хотите,  верьте,  а  хотите,  нет...

                        Писалась  эта  сказка  об  Отце

            Писцом  Амона  в  царственном  Дворце,

За  тысячу  до  новой  эры  лет...

 

И  я  писала  с  помощью  Амона.

            Писцом  его  я  нынче  назвалась.

                        Спустя  три  тысячи  лет  отозвалась

                                   Веленьем  Бога  Солнца  и  Закона.

 

О,  сын  Земли,  что  сказку  прочитал!

О,  дочь  Земли,  Отца  не  позабудь!

Пусть Солнце  осветит  ваш  трудный  Путь.

Конец  Пути  Один  -  Амон  сказал.

                       

 ПОТЕРПЕВШИЙ     КОРАБЛЕКРУШЕНИЕ

 

            Отгони   печаль

 

О,  кто  бы  ни  был  ты,  Читатель  мой  любезный,

Умей  порадоваться  гавани  родной,

Когда  корабль  твой  возвращается  домой,

Пройдя  суровый  путь  судьбы,  столь  интересной.

 

Ты  отгони  печаль,  на  пальцы  воду  лей,

Чтоб  отвечать  сумел  ты  тем,  кто  обратится.

"Дают  ли  воду  на  рассвете  певчей  птице,

 Что  собираются  зарезать  утром?"   -  Эй...

 

Возьми  же  вышивку  судьбы,  порассмотри...

И,  если  Царь  велит  о  плавании  поведать,

То   отвечай  же  без  запинки!  Что  же  делать…

"Слова  спасают,  но  и  губят  на  пути".

 

Еще  советую  -  почаще  улыбайся,

И  улыбнется  Жизнь  нечаянно  в  ответ!

Я  расскажу  здесь  о  себе,  о  море  бед,

А  ты  понять  меня,  читатель,  постарайся.

 

            Плавание  по  Красному   морю

 

Одним  из  лучших  мой  корабль  на  флоте  был.

Во  всем  Египте  не  отыщете  такого.

Сто  двадцать  был   локтей  в  длину,  (о,  это много).

И  ровно  сорок  в  ширину.   Таким  отплыл.

 

На  нем  хорошая   команда   моряков:

Сто  двадцать  смелых  египтян,  что  спорят  с  Морем,

Да  со  штормами,  словно  львы  со  зверем - горем.

Я  убедился  и  проверил  храбрецов.

 

На  корабле  сто  двадцать  первым  был  -  я  сам.

И,  если  спросишь  ты:  -  Кто  этот  человек?

Не  ошибешься  ни  за  что  -  Один  за  всех!

Сам  Фараон  на  свой  Рудник  меня  послал.  

 

Великой  Зеленью  звались  в  то  время  воды

У  моря  Красного,  прекрасного  для  глаз.

Там  ветры  вольные  поют  волнам  приказ,

А  те  послушно  водят  в  Море  хороводы.

 

На   крепких  реях  бился  парус,  ветром  полный.

По  морю  Красному  корабль  летел,  как  птица!

А  весла  -  крыльев  взмах!  Такое  не  приснится!

И  на  носу  стоял   надсмотрщик  проворный,

 

За  всей  командой  наблюдая,  неспроста...

Необходим  такой  любому  кораблю,

Чтоб  усмирять  ленивцев  плеткой.  Но  хвалю

Свою  команду  я  -  не  нужно  ей  кнута.

 

Он  лишь  покрикивал  и  только  для  порядка.

А  капитан  сказал: -   Уж  скоро  Рудники

Должны  из  волн  морских  явить  свои  верхи.

Не  будет  бури  нынче.  Ветер  дует  гладко.

 

Но  только,  только  это  он  проговорил,

Как  страшный  рев  по  Морю   грозно   прокатился.

Закрыли  тучи  небо,  вихрь  разразился,

И  ряд  гигантских  волн...  корабль  поглотил...

 

Мы  словно  в  пропасть  полетели  с  кораблем!

Волна  ж  крутая  занесла   ко  мне  бревно.

И  я  схватился  тотчас  цепко  за  него.

Погибли  все...  Но  спасся  я  один  на  нем...

 

Так  в  Неизвестность  понесло  меня  морскую.

Однако,  новая  гигантская  волна

На  брег  песчаный  все  же  вынесла  меня!

И  я  упал,  ни  жив,  ни  мертв,  на  сушь  пустую.

 

            На  острове

 

Без  сил,  вне  времени,  лежал  на  берегу,

Теряя  изредка  сознание  свое.

И  только  сердце  билось  дружески  мое,

Как  бы  тихонько  говоря:  -  Я  помогу!

 

Но   вот  и  силы  возвращаются  ко  мне!

Придя  в  себя,  я  ощутил  страшнейший  голод.

На  зов  его  побрел  по  острову,  исколот

Стихией  Моря,  оставляя  след  в  песке...

 

Вдруг,  я  внезапно  обнаружил  виноградник

С  кистями  спелых  ягод!   Рядом - огурцы,

Большие,  вкусные,  фасоли - молодцы...

Как  будто  был  здесь  фараонов  палисадник.

 

А  по  соседству  и  плодовые  деревья!

Но  удивительней  всего  же  был  ручей,

Что  рыбой  полнился,  заведомо  ничьей!

Наевшись  досыта,  я  стал   искать  поленья...

 

И  мастерить  приспособленье  для  огня.

Огниво  вскоре  сделал,  искры  полетели.

В  костер  я  веток  подложил,  тех,  что не  тлели,

И  вскоре  дым  поднялся  к  небу,  жар  храня...

 

            Встреча  со  змеиным  Царем

 

Но  неожиданно  вокруг  загрохотало!

Земля  тряслась...  Я  думал,  буря  будет  снова

Великой  Зеленью  вершить  морское  Слово!

И  сердце  верное  опять  затрепетало...

 

Вот  тут  деревья  закачались  предо  мной,

Давая  путь  гигантским  лапам  тела  Змея.

Я,  наконец,  его  увидел  и,  робея,

Уже  рассматривал...   Златою  чешуей

 

Он  был  покрыт,  и  лазуритовые  брови!

Глаза  горящие,  как  звезды  из  рубина.

Великолепная  и  страшная  картина,

Что  невозможно  видеть  без  прилива  крови.

 

Я  пал  пред  ним,  как  полагалось  пред  Царями.

Владыка  острова,  я  понял,  предо  мной!

На  дым  костра  пришел  Великий  Змей  златой.

Разинув  пасть,  он  на  меня  сверкал  глазами...

 

С  ним  рядом  я  песчинкой  был  вблизи  слона,

И  все  же,  он  меня  заметил.  Страх  напал

Тут  на  меня,  какого  в  жизни  я  не  знал!

А  ужас  сердце  оковал  тисками  зла...

 

Услышал  я  вблизи  себя  раскаты  грома!

Но,  оказалось,  это  Змей  мне  говорит.

А  эхо  громко  слово  каждое  вторит!

Тут  я  подумал  уж  о  счастии  глухого...

 

-  Да  кто  привел  тебя  на остров  мой  пустынный,

   Что  среди  Зелени  Великой  распластался,

   Зачем  ты  здесь  и  как  же  к  острову  добрался?

   Да  не  молчи!  А  то  погибнешь,  и  безвинный!

 

Я  разбирал   уже  отдельные  слова,

Но  в  горле  ком   стоял.  Не  мог  я  говорить...

Однако,  Сила,  что  велит  дышать  и  жить,

Все ж   победила  страх,  и  я  сказал  тогда:

 

-  Прости  меня,  что  я  немного  растерялся... -

Захохотал  тут  Змей:  -  Совсем,  поди,  немного? -

Схватил   да   в  пасть  понес  меня:  -  Вот  грань порога! -

Подумал  я  и  с  Жизнью  тотчас  попрощался...

 

В  одно  мгновение   меня б  он  проглотил,

Но,  оказалось,  перенес  в  другое  место.

Я  распластался  перед  ним,  как  жидко  тесто.

Но  тут  опять  загрохотал  мой  властелин!

 

-  Да  кто  принес  тебя  на  остров,  человек,

   Со  всех  сторон  Великой  Зеленью  омытый?

   Зачем  попал  сюда,  на  берег  позабытый,

   Какой  судьбою  ты  вершишь  короткий  век?

 

Я  стал  рассказывать,  как  плыл  на  корабле,

Чтоб  фараоновы  проверить  рудники.

Со  мною  плыли  удалые  моряки...

Сто  двадцать  было...  все  погибли  в  глубине,

 

Когда   внезапно  буря  грянула  на  нас!

Мы  продержались  на  волнах  совсем  недолго.

И  опыт  прошлый  не  помог,  что  в этом  толку...

Все  были  опытны,  но  лишь  меня  он  спас...

 

И  на  случайно  проплывающем  бревне

Я  удержался,  а  корабль  -  пошел  ко  дну.

Никто  не  спасся  из  команды,  на  беду...

Меня  же  волны  и  доставили  к  тебе...

 

Заметил  я,  что  Змей  с  сочувствием  глядит.

-  О. человечек!  Да не  бойся  ты  меня!

   И  выбрось  страх  из  сердца  -  так  велит  Змея!

   С  тобой  Владыка  уж  без  злости  говорит.

 

Ты  потерпел  свое  крушенье  корабля.

Но  все  же,  боги  жизнь,  дыханье  даровали.

Останься  жить  спокойно  здесь,  в  Зеленой  Дали,

Четыре  месяца  будь  гостем  у  меня.

 

Затем,  корабль  твой  сюда  же  приплывет!

И  те  же  самые  прибудут  моряки...

Вернетесь  вместе  вы  домой,  а  земляки

Так  будут  рады!  Фараон  тебя  уж  ждет!

 

И  будет  милостив  к  тебе,  все  потому,

Что  счастлив  тот,   кто  может  нынче  рассказать

О  злоключениях  своих,  и  не  солгать,

Когда  они  уж  позади!   Ты  на  брегу...

 

Тут  Змей  вздохнул,  да  так,  что  листья  зашумели:

-  Со  мною  горе,  пострашнее  твоего,

   Здесь  приключилось.  Только  в  прошлом,  далеко...

   В  моей  семье  -  75   голов  шипели...

 

Среди  сестер  и  братьев  Доченька  была!

О  ней  молил  когда - то  я  своих  богов.

И  Дочь  дарована  была,  в  конце - концов...

Великим  Счастьем  для  меня  была  она!

 

И,  если  есть  в  твоей  семье  такая  дочь,

То  ты  поймешь меня  и  все,  что  это значит.

(Тут  я  увидел,  как  Змея  неслышно  плачет,

 В  алмазы  слезы  обращаются,  точь  в  точь!)

 

И,  помолчав,  Змея  продолжила  рассказ:

-  В  тот  день  уплыл  я  далеко  по  волнам  Моря.

   Но  неожиданно  - Звезда  с  Небес!  О,  Горе!

   Огонь  весь  остров  охватил!  (Алмаз  из  глаз...).

 

Погибли  все,  и  даже  маленькая  Змейка!

Мое  веселое  любимое  дитя...

В огне  чудовищном  сгорело!   Так  меня

Судьба  однажды  наказала,  как  злодейка...

 

Да,  человечек...  А  твое  крушенье  в  Море

С  моим  несчастьем  не  сравнится  никогда!

Ты  возвратишься  и  к  семье,  и  на  брега,

Где  ты  родился.  Мне ж  осталось  только  горе!

 

Меня  никто  не  ждет!  Попробуй  и  пойми! -

Тогда  ему  в  ответ  я  так   проговорил:

-  Великий  Змей!  Я  расскажу,  коль  хватит  сил,

   О  Доброте  твоей,  о  Силе,  о  Любви!

 

Мой  Фараон  пришлет  тебе  корабль  даров!

И  благовония,  и  пищу   для  тебя

Отправим  в  дар  мы  за  спасенье  корабля! -

Тут  засмеялся  Змей  в  ответ,  как  сто  богов.

 

Да  посмотрел,  как  смотрит  взрослый  на  ребенка,

Когда  услышит  просто  маленькую  глупость.

-  Ах,  человечек!   Непростительная  тупость!

   Твоих  даров  не  хватит  даже  "для  котенка".

 

На  этом  острове  Всего  Всегда  в  достатке!

К  тому  же,  только  ты  уедешь  от  него,

Как  волны  скроют  Все,  что  видишь  ты,  и  то,

О  чем  лишь  думаешь,  мечтая  по  догадке...

 

            Мое  возвращение

 

Когда  ушел  четвертый  месяц,  я,  ранимый,

Увидел  с  дерева  край  мачты  корабля!

И  не  поверил  все ж  глазам...  О,  да!!!   Меня

Встречали  те  же  моряки!  Корабль   любимый!

 

А  ветер  туго  надувал  знакомый  парус...

Возможно  ль  это?  Видел  я  - он  затонул!

И  все  же  -  верно!  Змей  меня  не  обманул!

Как  будто  в  сказке  зазвенел  хрустальный  ярус...

 

Всмотрелся  в  лица  я  -  сто  двадцать  моряков,

Мои  знакомые,  средь  них  и  капитан!

Какие ж  тайны  раскрывает  Океан!

И  охраняет  от  зевак  и  от  лгунов.

 

Тут  начал  Змея  я опять  благодарить:

-  Великий  Змей!  Что  можно  сделать  для  тебя?

-  Встречай  корабль  и  возвращайся!  Ждет  семья!

   Так,  береги  своих  детей,  учи  их  жить!

 

Но  сделай  так,  чтоб  и  меня  воспоминали

В  далеком  городе  твоем  моим  добром.

Ты  будешь  счастлив  и  почетом  окружен!

Знай,  во  Дворце  тебе  часть  комнат  уж  прибрали.

 

Сам  Фараон  твой  опыт  ценит  высоко!

И  вы  друзьями  с  ним  становитесь,  пойми!

Ну,  а  теперь,  мои  подарки  все ж  прими.

Груженый  ими,  твой  корабль  плывет  легко.

 

Два  кратких  месяца  вы  будете  в  пути.

Спокойным  Море  ты  увидишь,  а  ветра

Попутной  силою  наполнят  паруса,

И  возвращенье  будет  добрым. Так,  плыви!

 

                        Как  предсказал  Великий   Змей,  так  и  сбылось.

            Спустя  два  месяца  я  встретился  с  семьей.

     Родная  гавань  принимала  нас  домой.

Причальный  Колокол  звонил.    Рекой  лилось...

 

Его  волшебное  звучанье  в  нас,  в  сердца.

Затем,  предстал  пред  Фараоном  я.     Подарки

Ему  вручил,  что  засверкали  словно  кварки,

И  был  пожалован  я  в  Круг его  Дворца.

 

И о  Великом  Змее  всем  я  рассказал.

Собрали  праздник  мы  в  честь  острова  его

Великолепного  и  Змея  самого.

Так,  частью  нашей  жизни  праздник  этот  стал.

 

Нам   не  дано  знать  предписания  богов.

Однако,  в  те  моменты,  где  опасность  зрела,

Я  вспоминал  итоги  первого  предела,

Осознавая  и  значенье  мудрых  Слов:

 

«Дают  ли  воду  на  рассвете  певчей  птице,

 Что  собираются  зарезать  утром?»...    Что

Себе  ты  сам  ответишь,  и  подумай,  Кто

К  тебе  однажды  за  ответом  обратится...

 

((()))

 

Четыре  тысячи  лет  -  возраст  этой  сказки.

Так отгони  печаль, 

            На  пальцы  воду  лей...

            Слова  спасают,  но  и  губят...

             Разумей!

Да,  постарайся  же  извлечь  себе  подсказки.

 



Галактический Ковчег Войди в Нирвану! Рейтинг SunHome.ru

Технология: Optimizer
Хостинг на Parking.ru