Сказки Мудрецов


  Главная > Библиотека Сказок Мудрецов > Мастерская Сказочников Галактического Ковчега > Соловей - эхо Андерсена >  


Карта сайта

Поиск


Оставьте это поле пустым:
расширенный поиск





Феано

Галактический Ковчег

РумимуР

Рифмы Феано

Сказки суфиев

Волшебный Остров Эхо

Эзоп



СОЛОВЕЙ

по сюжету сказки Г.Х. Андерсена

 

Художница - Ирина Смирнова

 

В  стране  далекой-предалекой  и  волшебной,

Где  все  живущие  китайцами   зовутся,

А  сказки  песнями  певучими  поются,

Жил  Император  во  дворце  всесовершенном…

 

И  он  китайцем  тоже  был…  А  как  иначе?

Страна  Китаем  называется  от  веку.

Загадка  любящему  сказки  человеку.

А  в  сказках  ставятся  главнейшие  задачи…

 

Усиль  желание мечты, чтоб побывать

В   стране  волшебной…  Пред тобою уж  дворец!

Представь царем себя, властителем сердец,

Загадки  многие  сумеешь  разгадать…

 

Давным-давно  все  это  было…  Так  давно,

Что даже  век  назвать  иль  вспомнить  невозможно.

Все  во  дворце  китайским  было  хоть  и  сложно,

Но  гармонично и  умно  заведено.

 

Дворец  фарфоровый  с  окошками  резными,

Полы  зеркальные,  стеклянный  потолок,

Чтоб Император  любоваться  небом  мог.

Цветами залы все  украшены живыми…

 

Приемный  зал  из  малахита,  жемчуга

На  троне,  сделанном  из  золота,  блестят!

А  гостевые  кресла  бисером  горят.

Дубовый  стол,  посуда  вся  из  серебра.

 

В  китайских  вазах  ароматные  цветы!

Такие вряд ли вы увидите  в  лесу,

Ведь  только  в  сказочном  саду  найдешь красу,

Деревья  вечные,  поющие  кусты.

 

И примыкал к  дворцу  волшебный,   чудный  сад,

Где  взгляд притягивал любой листок, цветок.
За  садом  лес  древнейший,  дальше,  на  восток,

Он  прямо  к  морю  выходил  в  приморский  град.

Была  там  гавань,  где  заморские  суда

Могли  причалить  и  Китай  наш  навестить.

Поторговать,  шелков, фарфора накупить,

Чтоб  привезти  потом  в  родные  города.

 

Все  в  мире  знали,  что  в Китае  чудеса:

И  лес,  и сад,  и  заколдованный  дворец,

Охрана,  слуги,  Император,  наконец,

Но,  что  важней  всего  - там  чудо-голоса!

 

Там  пело  все:  деревья,  птицы  и  ручьи,

Цветы  в  саду  и  колокольчики  в  одежде,

Там  пели  люди  о  любви  и  о  надежде.

И  песни  в  небо улетали,  как  ничьи…

 

А  гости  знатные  из  самых  дальних  стран

Хотели  все  же  их  с  собою  увезти.

Но  звук  волшебный  не  удержишь  взаперти,

И  не  возьмешь  с  собою  песнь  за  океан.

 

Уж  в  наше  время  можно  песню  записать

И  переслать друзьям  мелодию,  но  все же

Равнять  живую  песню  с   записью  негоже…

Что  поцелуй  по  почте  другу  передать.

 

О  голосах  страны слагали  люди  сказки,

Да  и  о  самом  главном  диве  -  Соловье.

Такого  пения  не  слышали нигде,

Такой    гармонии,  и  яркости,  и  ласки…

 

И  в  честь  крылатого  певца  уже  поэты,

Хоть  не  хватало  слов,  чтоб  чудо  описать,

Творили сказочные  вирши…  не унять,

Слагали  чудные, волшебные  сонеты,

 

Вот,  как-то раз,  воссев  на  троне золотом,

Наш  Император  книгу  толстую  читал.

Да  из  нее   про  Соловья   он  и  узнал!

Что  лучше  пения…  нет  в  мире-то  земном!

 

Воскликнул  он  в негодовании: -  Да  как?

Да  что  такое?  Рядом  с  собственным  дворцом

Живет  сокровище,  названное  певцом,

А  я  не  слышал,  и не  знаю,  как  простак!

 

Захлопнув  книгу  ту,  министра  он  призвал,

Да  повелел  ему  доставить  во  дворец

К  обеду  нынче  Соловья,  а  под  конец

За  невнимание  к  певцу  и  отругал.

 

А  уж  министр, преклонившись,  говорит:

-         Я  сам  не  слыхивал  о  нем.  Такая  птица,

Знать,  не  представлена  к  двору.  Быть  может,  мнится,

Что  Соловей  певец  чудесный  иль  пиит?

 

-         В  ученой  книге  я  прочел,  -  ему  в  ответ

Уж   Император  укорил,  -  в  моей  стране

Его  зовут  чудесным  певчим!  Как  же  мне

Не  знать  того,  о  чем  толкует  целый  свет!

 

-         О,  Ваша  Светлость!  Разыщу Певца  тотчас!

Министр мямлит…  Как  исполнить,  если  он

Певца  не  слыхивал,  не  знает,  где же  дом,

В  котором  надобно искать... Но есть приказ!

 

Тогда  придворным  он  задание  дает:

-         Сыскать  немедленно  Соловушку  певца!

Чтоб  через  пять  минут  стоял  он  у  крыльца!

Я  награжу  того,  кто  птицу  приведет.

 

Проворным  слугам  не  пристало  возражать!

Все  разбежались  по  дворцу  и  даже  в  сад,

Ведь  за  награду  услужить  любой  был  рад.

А  вдруг  удача,  отчего  не  поискать…

 

Но  не  нашли  они,  конечно,  Соловья…

В  саду  же  девочка крестьянская  гуляла.

Пыльцу  цветочную  с  соцветий  собирала.

Слуга,  ее  остановив,  спросил:  -  Ты  чья?

 

Должны  мы  кратко  пояснить,  что  сад  и  лес

Не  разделялись  ни  оградой,  ни  холмами,

И,  кто  хотел  полюбоваться  здесь  цветами,

Могли  спокойно  приходить   в сей  мир  чудес.

 

Но  было  принято  всех  спрашивать  «Откуда

Пришел  ты,  друг»,  а  если  дети,  то  «Ты  чей?»

Любая  встреча  -  неслучайна,  дар  очей,

Предвестник  новости  неведомой  иль  чуда…

 

-         Да  не  видала  ль  ты,  малышка,  Соловья?

На  это  девочка  со  смехом  отвечала:

-  Я  из  деревни,  что  за  лесом,  у  причала.

А  Соловей  поет  мне  даже  среди  дня!

 

Когда  гуляю,  за  пыльцою  прихожу.

В  лесу  же  дерево  огромное  стоит,

Где  Соловей  живет  и  песенки  творит

Великолепные!  И я  с  Певцом  дружу.

 

А на  Заре  такие  трели мой  певец

Творит, что  солнце замирает от участья.

Его  зовут  певцом  любви и светом счастья,

И вдохновителем  открывшихся  сердец.

 

Тотчас же  слуги  вслед  за  девочкой  толпой,

И  сам  министр  в  лес  заходит  в  первый  раз.

Тут  все  в  диковинку  для  слуха  и  для  глаз.

Вдруг  слышат  -  кони  ржут  призывно  за  рекой…

 

-         Ужели  это  Соловей?  -  Конечно,  нет! 

Министру  девочка  с  улыбкой,  -  Ты  большой,

Седой и   важный,  а  не  знаешь  хор  лесной! -

Перетерпел  министр дерзостный  ответ.

 

А  следом  слышат,  как  лягушки  «Ква,  ква,  ква!»

Министр сердится,  на  девочку  глядит,

И  взглядом  спрашивает, но не говорит.

-         Да  разве  песни  так  поют? – в ответ она.

 

Вот,  наконец,  к  большому  дереву  они

Подходят  чинно…  Вдруг… прекрасное  звучанье!

То  Соловей  нарушил  сонное  молчанье…

-         Теперь  я  понял,  что  умеют  соловьи!

 

Но  снова  девочка  смеется:  -  Ты  учен,

Но  не  спеши  сказать  «я  понял,  я  узнал!»

Всего  минутное  ты  чудо  услыхал,

А  сразу  выводы,  что  книгу-то  прочел.

 

Затем  она  уж  Соловью:  -  Мой  золотой!

Мой  друг  любезный,  мой  Соловушка,  тебя

Сам  Император  просит  спеть,   прошу  и  я!

Не  откажи  нам  в  этой  просьбе,  дорогой!

 

И  Соловей  летит  за  ними  ко  дворцу.

Вот  к  Императору  влетает  в  тронный  зал.

-         Какая  крохотная  птаха!  -  тот  вскричал, -

Такой  невзрачный  вид  годится  ли  певцу?

 

Но  Соловей  в  ответ  на  возгласы  запел.

Да  так  чудесно,  так  волшебно,  так  красиво!

Нельзя  ни с   чем  сравнить,  но  так  красноречиво,

Что  Император от восторга  побледнел…

 

Сердца  в  ответ  на  эту  песню  и  запели!

И  слезы  счастья  появились  на  глазах,

Как  будто  розы  зацвели  во  всех  сердцах,

И  колокольчики  в оконцах  зазвенели…

 

Все  обратились  в  слух,  но  каждый  о  своем

Во  время  песни  дивной  думал  и  мечтал,

И  каждый  слушающий   словно  бы  летал,

И  будто  пел  вдвоем  всем  сердцем  с  Соловьем.

 

Минуты  эти  длились  так,  как  длится   счастье.

Внутри  как  годы  и  века,  снаружи  -  миг.

И  каждый  видящий  и слышащий  достиг

Высот  души во вдохновении и страсти…

 

А  на  глазах  у  Императора… слеза.

Одна!  А  следом  и  еще,  еще  текут…

И  как  алмазы  на  лице  блестят,  живут…

И  изумленные  глядят  на  мир  глаза!

 

Но  чудо  кончилось…  Не  могут  чудеса

Без  окончания  здесь  длиться,  ведь  иначе

И  появляться б  не  могли.    А  это  значит,

Что  станут  будничным  считать  те  голоса.

 

Когда  закончил  Соловей  песнь  волшебство,

То  все,  кто  был  в  дворце,  стояли  уж  вокруг,

Забыв дела, не исключая  даже  слуг:

Шуты, кухарки,  все,  кто  был  недалеко…

 

Тут  Император  произнес:  -  Виват  певцу!

Проси  в  награду  что  захочешь,  что  желаешь!

Кольцо  златое  в  дар  прими.  Теперь  ты  знаешь,

Что  здесь  твой  дом.  Принадлежишь  ты  сам  дворцу!

 

А   Соловей  был  неизыскан,  неучен,

И  не  хитер.   И  так  в  ответ-то  говорит:

-         Мой  дом  в  лесу.  А  вот…  слеза  твоя  блестит  -

Награда  мне.  Росой  твоею  награжден!

 

И  потому  останусь  только  погостить.

На  эту  речь  наш  Император  промолчал…

Однако  слугам  проследить  он  приказал,

Чтоб  Соловей  не  улетел…  Те…  взяли  нить,

 

Да  к  лапкам  крепко  привязали,  а  концы

В  своих  руках  уже  держали.  Так  прошло

Недели  три  или  четыре…  -  Но,  за  что?  -

Вздыхал  Соловушка  теперь,  -  Тесны  дворцы!

 

Он  пел  как  прежде,  но  грустнее  день  за  днем.

И  на  его  беду  откликнулась  Земля:

Пришла  посылка  от  заморского  Царя  -

Ларец  красивый,  драгоценный!  Что  же  в  нем?

 

А  в  нем…  подарок  Императору  лежал.

Там  был  похожий  на  лесного  Соловья

Певец  искусственный,  искусного  литья

Из  драгоценного  металла,  весь  блистал!

 

Его  лишь  ключиком  специальным  заведи,

И  он  одну  из  песен  нашего  певца

Исполнит  в  точности,  вот чудо из ларца.

А  механизм  сложнейший  скрытым  был  внутри.

 

-         Какое  диво!  -  Император  восклицал.

-         А  как  блестит,  а  как  божественно  поет!

Причем,  не  двигаясь  совсем,  не  устает! -

И  каждый  в  зале  восклицанья  повторял…

 

Тогда  лесной певец   на  волю  попросился.

А  Император,  что  был  славен  добротой,

На  волю  певчего  пустил:  -  Лети  домой!

Так  Соловей  в  лесную  рощу  возвратился.

 

А  тут  искусственный  поет,  не  уставая,

В  любое  время  песнь  про дивную красу.

Довольны  все,  и  Соловей  поет  в  лесу…

Но  при  дворе  - одно и то же…  подражая.

 

Лишь  рыбаки  не  восторгались,  говоря:

-         Совсем  не  плохо,  но  чего-то  не  хватает.

А  вот  чего,  о  том,  никто  уж  и  не  знает…

Они  любили  все ж  лесного  Соловья.

 

Хотя  министр  восклицал:  -  Ни  пить,  ни  есть

Не  просит  это  чудо,  стражу  уж  не  надо!

По настроению  Императору  отрада,

Да  невозможно  всех  достоинств  перечесть.

 

И  заводному  соловью  названье  дали:

«Певец  сердечный  императорского  сана».

Ведь  в  нем,  действительно,  не  видели  изъяна,

И  удивляться  красоте   не  уставали…

 

Однако  ровно  через  год  сломался  он…

Немедля  лекаря  придворного  зовут.

Развел  руками  тот,  сказав – бессилен  тут.

Часовщика  тогда  ведут  -  тот  огорчен!

 

-         В  таком  сложнейшем  механизме  нет  замены!

Я  починю,  но  он  не  сможет  часто  петь.

Лишь  раз  в году,  зато  Вы  можете  смотреть

На  внешний  вид  -  в  нем  не  заметно  перемены.

 

Прошло  еще  пять  лет,  и  тяжко   заболел

Наш  Император  без  волшебного  певца.

Болело  сердце,  краски  схлынули  с  лица,

И не нашлось  того,  кто б  вылечить  сумел…

 

Никто  причину  не  узрел,  не  распознал.

Решили,  возраст  виноват,  судьба  такая.

Бывает добрая, бывает и лихая…

И  Император  потихоньку  угасал.

 

А  вот  и  Смерть  стучит  в  оконце:  -  Я  пришла!

Придворных  выгнал  Император  и  велел,

Чтоб  было  тихо  во  дворце,  никто  не  смел

Ни  говорить,  ни  петь,  ни  плакать  до  утра…

 

А  Смерть  на  кресло  у  кровати  рядом  села,

И  глаз  не  сводит  с  Императора:  -  Ты  мой!

Я  поведу  тебя  сегодня  за  собой,

Но  ты…  за  жизнь   ответить  должен!  -  повелела.

 

Вот  тут  со  складок  балдахина  стали  лица,

А  то  и  рожи  вылезать,  смеясь,  кряхтя…

-         Дела  твои  мы,  иль  не  помнишь? 

-         Эй,  меня…  узнай  скорее.

-    И  меня!   -  в глазах  двоится…

 

Там  были  страшные,  уродливые  морды.

Их  было  больше,  чем  веселых,  и  рычали!

-         Припоминаешь  ли  ты  дни  былой  печали?

-         Припоминаю,  -  отвечал  он  им покорно…

 

Но  иногда  и возражал:  -  Тебя  не  знаю!

Ему  в  ответ:  -  Министр  обманывал  тебя,

Но  дело  злое  совершилось,  так  что  зря

Ты  отпираешься!  -  Ну,  что  же,  принимаю…

 

-         Ты,  Император,  добрым  был,  порой,  без  меры!

И  доверялся  понапрасну  ты  лжецам,

Наживы  жаждавшим  льстецам  и  подлецам!

От  Императора  ушли  остатки  веры…

 

Он  осознал  вдруг,  что  любое  дело  в  жизни

Имеет  в  будущем,  по  смерти,  продолженье…

Что  наказания  идут  за  прегрешенья,

За  ложь  и  корысть,  и  за  низменные  мысли…

 

Так  продолжалось  до  тех  пор,  пока  озноб

На  Императора  нахлынул.  Он  вскричал:

-         Подайте  музыку!  -  но  тих  был  спальный  зал.

Указ,  что  первым  шел,  нарушиться  не  мог…

 

Вновь  император:  -  Умоляю,  дай   пожить!

Я  много  ценных  дел  теперь уж  совершу!

Но  Смерть  смеялась:  -  Не могу, не согрешу,

Но  ты  узнал  теперь,  чем  стоит  дорожить…

 

Тут  Императорское  сердце  зарыдало:

-         Я  жить  хочу,  чтоб  все  исправить,  наконец!

На  этот  зов  и  прилетел  лесной  певец!

Да  так  запел,  что  Смерть  мгновенно  замолчала…

 

Звучала  нежно  и душевно песнь,   слеза

У  Императора  опять  вдруг  появилась.

А  Смерть,  заслушавшись,  в  сосульку  обратилась,

Да  вслед  растаяла  до  лужицы  она…

 

Вновь  к  Императору  надежды  воротились,

И  он  в  себя  пришел,  о  страхе  позабыв,

А  сердце  слушало  неведомый  мотив.

Глаза  его  уже  лучами  засветились!

 

-         Спасибо,  птичка!  -  Император  так  воскликнул, -

Я  узнаю  тебя,  волшебник  Соловей!

Спаситель  жизни  утопающей  моей…

И  помню  день,  когда  дворец  ты  мой  покинул.

 

Я  предпочел  тогда  искусственную  песнь…

Как  ошибался  я,  увы,  как  был  не  прав,

Благодарю!  -  а  Соловей,  ту  речь  прервав,

Ему в ответ:  -  Увидеть  отклик, это  честь!

 

Награда  лучшая  певцу  -  роса  у  глаз… 

И  вновь  запел.  В  лице  больной  тут  изменился…

Стал  поправляться  по часам,  потом  забылся…

А  утром  был  уже  здоров!  И  вот  весь  сказ…

 

С  тех  пор  прошло  еще  немало  добрых лет.

И  Соловей  спасенье  многим  приносил.

Он  пел  для  сердца,  не  жалея  малых  сил.

И  до  сих  пор  поет…  но  чаще  на  Рассвет.

 

 

*** 

Не  знает  грамоты  и  нот  наш  соловей,

Привычно  следуя  за  чувственным  веленьем,

Он  наполняет    небо  звуком  и  волненьем,

Что  покоряют  и  бесчувственных  людей...

 

Для  соловья  недопустимы  повторенья...

            Он  исключительно  предчувствует  Мгновенье...

                                   Не  тиражируйте   поэта  -  соловья,

                                               А  разбудите  песней  нежною  Себя...

 

ПОСОЛЬСТВА http://sseas7.narod.ru/207.htm



Галактический Ковчег Войди в Нирвану! Рейтинг SunHome.ru

Технология: Optimizer
Хостинг на Parking.ru